Сергей Илупин (ilupin) wrote,
Сергей Илупин
ilupin

Categories:

Holy kiss

6 января я приземлился в парижском аэропорту и прямо оттуда поехал в Лион, где на следующий день узнал о расстреле редакции «Шарли Эбдо». Вечером мы с Денисом Локтье пошли на стихийный многотысячный митинг перед мэрией, а 8 января я снова уехал по делам в Париж, где на следующий день узнал о захвате и расстреле заложников, частичном закрытии метро и аэропорта. 10 января улетел в Израиль (мой рейс не задержали), откуда вернулся в Москву вчера.

Мое отношение к богам, религиям, попам и верующим всех мастей подробно изложено в посте от 9 января, написанном за несколько часов до захвата заложников; желающие смертельно оскорбиться могут освежить воспоминания. Мое отношение к пишущим «конечно, нельзя убивать за карикатуры, но...» тоже не изменилось: вы трусливые лицемерные дегенераты, и ваше блядское «но» перечеркивает всю елейную лживую хуйню, предшествующую этому союзу.

Отдельно отмечу, что я против превентивного насилия над верующими и против любого наказания за мысли и слова, сколь бы радикальными они ни были. Наказывать надо за насильственные действия — по законам светского государства. Все церкви на земле должны стать (и станут) музеями, но к этому опять-таки не надо принуждать. Достаточно перестать кормить их на деньги налогоплательщиков и обязать платить налоги. Рыночные механизмы творят чудеса.

В Израиле мы с Лешей провели десять прекрасных дней, неравномерно распределив их между Тель-Авивом, Иерусалимом и Хайфой. Само собой, я не мог не воспользоваться запредельной концентрацией культовых учреждений на квадратный метр святой земли, чтобы не выразить в меру скромных сил любовь к ближнему своему.

И в первый же день (так вышло) мы поцеловались перед гробом господним в Храме гроба господня.



— А ВЫ ЗНАЕТЕ ПОЧЕМУ ЭТИ КОЗЛЫ НЕ ПОШЛИ В МИЧЕТЬ ИЛИ В СИНАГОГУ(? ОСОБЕННО В МИЧЕТЬ? — сказала бы по этому поводу выдающаяся певица современности бессмертными словами своей самой известной песни.

Поскольку мы не козлы, а котики, и не хотим никого обидеть пренебрежением, уже на следующий день мы сделали селфи в главном зале Большой иерусалимской синагоги (она же Гейхал Шломо).



Понимая, однако же, что наиболее ортодоксальные иудеи брезгливо воротят нос от новодела, мы не поленились и дошли до Стены плача (она же Западная стена), где немного поменяли ракурс.



Наконец, на третий день мы успели вписаться в последние пять минут последнего часа (12:30–13:30), когда неверным дозволено попирать грешными стопами краеугольный камень мироздания на территории мечети Купол скалы.



Полная женщина средних лет возмущенно воскликнула: «You can’t do it here! It’s a holy place!», на что я кротко возразил: «It’s a holy kiss». Продолжить дискуссию не получилось: к нам подбежали суровые бородатые мужчины с автоматами и вежливо, но настойчиво проводили к выходу.

А мы как раз собирались покушать пойти. Всем чмоки.



UPD. Этика поведения.

UPD2. Вопрос «А зачем вы вообще это делали?» далеко не всем показался риторическим, поэтому поясню:

  1. Я за право кого угодно целоваться с кем угодно и где угодно: это нормально, пристойно, законно и касается только целующихся, а не присутствующих и сочувствующих.

  2. Храм, синагога и мечеть для меня не сакральнее музея, театра или библиотеки, в которых и смысла много больше, и целоваться куда приятнее.

  3. Далеко не последний мотив — события 7 и 9 января и особенно реакция на эти события со стороны «защитников святынь» вроде Кадырова, Цорионова и им подобных.
Tags: all-my-world, france, israel, Леша, бля, друзья, лицемеры, медиа, ня, религия, смерть, я
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 71 comments