Сергей Илупин (ilupin) wrote,
Сергей Илупин
ilupin

Categories:

Фактическое отпущение

Никто не ждал, что на акцию против партии власти выйдет столько людей. Апологеты зомбоящика, полагаю, слегка охуели при виде 10 000 человек, которые стояли под дождем по колено в грязи и кричали «Путин — вор!» так, что было слышно за несколько кварталов.


Навальный образно описал происходящее: «Они могут смеяться над нами в своем зомбоящике. Они могут называть нас микроблогерами и сетевыми хомячками. Я сетевой хомячок! И я перегрызу глотку этим скотам!»


После митинга решили пройти по Мясницкой до Лубянки, но всё оцепили. В результате наша экскурсия по исторической части столицы получилась куда более продолжительной и интересной. Люди выглядывали из дверей и высовывались из окон, машины сигналили, а мигалки — почему-то нет.


Космонавтов в центр согнали больше, чем их было за всю историю полетов. На перекрестке Рождественки и Пушечной мы прорвали кордон и вышли к Театральному. Менты били дубинками по случайным головам.


Нас оттесняли к стенам домов, разбивали на группы и зажимали в кольцо. Мы кричали полицейским: «Это наш город!» и «Позор!»


В вонючий автозак запихнули Навального, Яшина, Жгуна, Осенина, Верзилова и еще 20 человек. В кои-то веки довелось покататься с мигалкой, давно мечтал. Ремней безопасности на всех не хватило, на резких поворотах мы сыпались друг на друга, как дрова.


В ОВД «Северное Измайлово» мы приехали через час, около 10 вечера. Еще час топтались в вестибюле, пили яшинскую водичку и общались.


Навального и Яшина вскоре увели, остальных отправили в лекционный зал. Мы прикидывали, успеем ли уехать на метро (по закону обвинение должны предъявить в течение трех часов), но в итоге проторчали там до 5 утра. Полицейские не давали ни еды, ни воды; Немцов с Гудковым передали пакет, но для этого им пришлось четыре часа ждать у входа под дождем.

Мы, впрочем, тоже без дела не сидели. Сняли со стены портрет президента и вежливо уточняли у дежурного, можно ли повесить Медведева и есть ли веревка покрепче. Вынули из подставки флаг России, высунули его в окно и патриотично махали нашим соратникам. Я внезапно обнаружил на своем подлокотнике надпись «ПУТИН МУДАК» — ума не приложу, кто ее сделал.

Потом поступило предложение всем коротко представиться и рассказать, зачем мы здесь. Я немного поведал об ЛГБТ-активизме и о том, как власть нагнетает агрессию, чтобы стравить различные социальные группы. Один журналист затянул старую песню о главном «сидите-себе-по-клубам-и-не-высовывайтесь-зачем-нам-парады-если-мой-ребенок-увидит», но остальные слушали спокойно и с интересом; Верзилов долго расспрашивал, как и что.


В пять нас по одному провели вниз и показали протокол, в котором было сказано, что мы оказывали злостное сопротивление сотрудникам полиции. «Напишите, что ознакомлены и согласны». — «Я не согласен». — «Пишите что хотите, все равно это не читает никто. Распишитесь здесь и здесь». — «Я не получал копию протокола. Распишусь, когда получу». — «Хорошо». Копию, кстати, нам так и не выдали. С бумагой в стране напряженка, да.

Менты хотели снять отпечатки пальцев — мы написали отказ, ибо нефиг. У нас забрали и описали сумки и мобилы, а еще ремни и шнурки, чтобы мы, боже упаси, не повесились в камере. Полутораметровый полосатый шарф остался у меня: на нем, видимо, вешаться не возбраняется. В обезьяннике размером 3 × 3 есть деревянные нары 3 × 2, но нет отопления. На улице было около нуля, в камере чуть больше. Интересно, каково там при –25º.

Утром мы несколько часов стучали и кричали, прежде чем нам разрешили выйти в туалет. Мне надо было принять таблетки в 11, и я очень хорошо сделал, что заныкал их в рукаве во время обыска. Пакеты с едой от ребят передали только в 12, о времени и месте суда молчали. Звонившим в ОВД все дежурные говорили про участок № 317, но Осенин заметил на бумагах № 370, мы написали в твиттер, и друзья успели сориентироваться.

Около часа нас посадили в автобус. Водила — отдельный пиздец. 10 минут он пытался выехать из ворот ОВД, не задев зеркалом колючую проволоку. К трем часам мы все же доехали до Тверского суда, припарковались так, что троллейбусы объезжали нас на пуантах, и мариновались до вечера, читая твиттер. Я чуток поговорил через окошко с подоспевшим Леоновым.


В шесть старший лейтенант предложил признать вину и уйти с миром: мол, ребята из ОВД «Преображенское» так и сделали, и наверняка им присудят только штраф. Мнения разделились: это могло быть и правдой, и разводом, но все прекрасно понимали, что гарантий нет никаких. 15 человек, в том числе и я, согласились на комбинацию, и нас препроводили в здание суда. Заседание походило на конвейер: имя-дата-живете-работаете-приговор.


Красным выделен феерический пиздеж, даже не упомянутый в чудесном протоколе, копию которого, как было отмечено выше, я так и не получил. Зато имел удовольствие ознакомиться с оригиналом, в который бисерным почерком были вписаны две новые строчки. Отдельно рекомендую первое и последнее подчеркивание. Фактическое задержание состоялось в 21:00, а в 22:00 я принял участие в несанкционированном митинге, проходившем, по всей видимости, в автозаке. Российское правосудие такое российское.

Сутки подходили к концу; оставшиеся 2 часа водила выруливал с Лубянки на Октябрьское Поле через Добрынинскую. У метро «Улица 1905 года» нас наконец выпустили, мы с Осениным полюбовались на тройное оцепление и разошлись. Семерых несогласных повезли в Перово и судили уже сегодня вечером, дав от 4 до 10 суток. Навальному и Яшину, как известно, дали по 15. Самбурову тоже впаяли 10, в зале суда у него случился приступ, сейчас он лежит в больнице под капельницей и передает всем привет.

В заключение я хочу сказать следующее. Каждый из нас должен понимать, на что идет. Обезьянник — не санаторий, не говоря уже об ИВС, и я еще легко отделался. Обо мне беспокоились мои друзья, которым я бесконечно признателен, а о товарищах по несчастью — еще и родители, и можно представить, что им довелось пережить. Поэтому я не вправе призывать кого-то последовать моему примеру. Решайте сами. Свой выбор я сделал.
Tags: ЛГБТ, бля, друзья, менты, ня, плакаты, политика, суд, я
Subscribe

  • Нет выбора

    Когда вы слышите от кого-то: «у меня нет (не было) выбора», это, скорее всего, означает, что выбор таки был, есть и будет, только он очень сложный.…

  • Безупречный образ

    Людям свойственно идеализировать публичных личностей, а после резонансного высказывания, поступка, откровения, компромата — жестоко в них…

  • Латентная религиозность

    Нас, атеистов, любят «подловить» на непроизвольных возгласах. Что ж вы, мол, в критической ситуации восклицаете «Боже мой!» и тому подобное?…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 16 comments

  • Нет выбора

    Когда вы слышите от кого-то: «у меня нет (не было) выбора», это, скорее всего, означает, что выбор таки был, есть и будет, только он очень сложный.…

  • Безупречный образ

    Людям свойственно идеализировать публичных личностей, а после резонансного высказывания, поступка, откровения, компромата — жестоко в них…

  • Латентная религиозность

    Нас, атеистов, любят «подловить» на непроизвольных возгласах. Что ж вы, мол, в критической ситуации восклицаете «Боже мой!» и тому подобное?…